Интервью Сандро Шварца: Динамо, Захарян, Тюкавин

Новый разговор Дорского с тренером РПЛ.

«Динамо» – одно из самых приятных явлений российского футбола в 2021 году. По количеству очков за год (18 матчей) москвичи – пятые, но благодаря яркому футболу и внедрению в состав молодых игроков «Динамо» превратилось в команду, матчи которой смотрят практически все.
 
К сентябрьскому перерыву на матчи сборных «Динамо» подошло на втором месте, отставая от «Зенита» лишь на одно очко. При этом москвичи с отрывом были лучшими по количеству ударов, ударам из штрафной и с игры, ожидаемым голам без учета пенальти, а также по числу допущенных ударов (по ожидаемым пропущенным голам занимали второе место). Летом «Динамо» было прекрасно на обеих половинах поля.
 
Перед рестартом сезона Александр Дорский встретился с главным тренером «Динамо» Сандро Шварцем, чтобы узнать, как за год построить российскую команду, способную прессинговать большую часть матча (в РПЛ к такому не привыкли), зачем подписали Дениса Макарова и на какие детали нужно обращать внимание при оценке интенсивности матчей.

– Вы неоднократно говорили, что Желько Бувач очень помог вам на первом этапе работы в «Динамо». Например, он передавал данные по игрокам. Как это выглядело?

– Данными больше занимаются все-таки аналитики, а Бувач делился субъективными впечатлениями от игроков. Например, в телефонном разговоре накануне подписания моего контракта с «Динамо» Желько рассказал о Захаряне и Тюкавине. Конечно, тогда мы не обсуждали всех игроков. 

Мы до сих пор постоянно разговариваем о развитии футболистов «Динамо» – у нас один взгляд на игру. Если было бы иначе, вряд ли Желько порекомендовал бы клубу пригласить меня в Россию.

Развитие команды не заключается в том, что мы всегда говорим друг другу «да», хотя обсуждаем разные вещи: тренировки, матчи, наиболее перспективных игроков академии. При этом мне кажется, что важнейшая история для всего клуба – общий взгляд спортивного директора и главного тренера. У нас могут быть разные точки зрения на частности, но если мы по-разному смотрели бы на комплектование команды, на футбол  «Динамо», был бы хаос. 

– Какой главный совет Бувач дал вам в «Динамо»?

– Мы знакомы очень давно, я знаю его еще с позиции игрока, потому что Бувач тренировал меня в «Майнце». Желько смотрит все тренировки «Динамо», но ни разу не объяснял мне, как нужно было сделать что-то правильно.

Наше общение – это не советы, а обмен мнениями. Для меня важно, что Бувач – не контролер, а скорее сопровождающий, который всегда готов помочь и дает тренеру свободу.  

– Вы рассказывали, что после работы в «Майнце» делали разбор своей работы. Можете рассказать о двух-трех главных ошибках? Насколько они и весь разбор применимы к «Динамо» и работе в России?

– Рефлексия – важное качество для тренера. И во время работы, и после нее. В «Майнце» я провел почти три года, это достаточно много для современной Бундеслиги. Два с половиной года мы справлялись с задачами: сначала остались в Бундеслиге, затем поднялись повыше (14-е место в сезоне-2017/18, 12-е – в 2018/19) где-то даже посматривали на еврокубки.

После этого произошли изменения в составе: продажи, травмы лидеров. Не могу сказать, что были допущены ошибки, но, наверное, тренерскому штабу не нужно было проявлять нетерпение к отсутствию командного роста. Нельзя было требовать слишком многого от того состава «Майнца» в конкретный момент. Это нетерпение могло перегружать команду.  

У меня высокие требования к себе, к помощникам, к команде – так было всегда. Мы должны ставить высокие цели, но где-то сохранять спокойствие, здоровую расслабленность. Это актуально и для «Динамо», потому что у нас довольно молодая команда.

С точки зрения подхода к работе и игре не вижу большой разницы между «Майнцем» и «Динамо». Но в новом клубе неизбежно будут возникать новые ситуации. Поэтому не думаю, что стоит проводить сравнения по всем пунктам. 

– Вы использовали опыт психологического перегруза игроков «Майнца» в конце прошлого сезона? В начале весны все восхищались агрессивной игрой «Динамо», вводом молодежи. Казалось, что можно зацепиться даже за второе место, а в итоге вы вообще остались без еврокубков. 

– Я злюсь всегда, когда проигрываю. В прошлом сезоне меня расстроили поражения от «Химок» и «Рубина», если оставить в стороне вылет из Кубка от «Крыльев Советов».

Да, опыт «Майнца» показывает, что иногда нужно быть чуть более расслабленным, но я всегда стремлюсь к успеху.

В течение недели мы говорим о развитии игры и футболистов, но негативный результат на выходных влияет на психологию. Если мы проигрываем, говорить о развитии уже сложнее, потому что главное в футболе – голова. 

– Про ваш характер я понял, но стали ли вы визуально более расслабленным в «Динамо»? 

– Да нет, когда наш тренерский штаб видит, что команда неправильно ведет себя на поле, мы достаточно жесткие. 

Здоровая расслабленность важна в оценке общей ситуации. Мы злились после «Химок», «Рубина» и «Крыльев Советов», но у нас была уверенность в том, что наш путь – правильный. 

Сейчас темп «Динамо» – на уровне «Майнца». Благодаря чему это возможно?

– Вы говорили, что первое, что нужно было сделать после прихода в «Динамо» – увеличить интенсивность тренировок. Как это сделать?

– Первое – создавать тренировочные условия. Например, это может касаться размеров площадки или продолжительности тренировок.

Второе – поведение всего тренерского штаба. Мы должны наблюдать за всеми игроками, каждого держать под контролем и обращаться, когда нужен подсказ.

Третье – давать фидбек во время видеоанализа. Нужно показывать, где не было интенсивности, где она была, чтобы игроки понимали, чего мы хотим.

– Как игроки воспринимали повышение интенсивности тренировок?

– Мне сложно сравнивать с тем, что было до меня, но я получил команду в хорошем состоянии. Команда привыкла в тренировкам очень быстро. Точно помогли первые положительные результаты, при них у игроков крепнет доверие к новому тренеру. 

Может быть, в свободный день кто-то думал: «Фух, у нас действительно напряженные тренировки», но я увидел позитивную реакцию у футболистов.

– Можно ли сравнивать интенсивность тренировок «Динамо» с тем, что было в «Майнце»?

– Да, сейчас мы на том же уровне, что и «Майнц». 

У нас есть представление о данных, которые мы хотим видеть по общему пробегу, спринтам и рывкам. Сейчас команда выполняет нужный объем, в том числе высокоскоростной работы. 

– Эти данные вышли на нужный уровень после летних сборов?

– Нужные показатели все время меняются, потому что мы хотим развиваться. Данные должны подходить к текущей ситуации. То, что сейчас мы на уровне «Майнца» – это неплохо, но нужно двигаться дальше. 

Плюс важна работа не только над общекомандными показателями, но и индивидуальными. От полученных данных мы распределяем нагрузку между игроками. 

У «Динамо» есть не только командные, но и групповые, и индивидуальные теории. Сначала игроки практически не задавали вопросов

– Вы говорили, что на видеоразборы прессинга ушло очень много времени. Они начались на сборах зимой 2021-го?

– Нет, над этим мы работаем с самого начала, с осени 2020-го. Бывают индивидуальные, групповые и командные занятия. В неделю проходит три-пять таких разборов.  

– Сколько они длятся?

– Важно, чтобы они были не очень длинными, потому что иначе мозги игроков будут переполнены информацией. Десять-пятнадцать минут – время такое же, как и прошлой осенью. 

– Групповые занятия проходят, когда есть недовольство конкретной линией?

– Если мы понимаем, что мы хотим объяснить что-то только защитникам (это может быть и оценка хороших моментов), зачем звать полузащитников и нападающих? Они бесцельно просидят эту теорию. 

– Был ли вопрос от игрока о прессинге, который вас поразил? 

– Поначалу вопросов практически не было, игроки немного стеснялись. Со временем вопросов стало больше, они грамотные – ребята, например, спрашивают, в какой момент нужно начинать атаковать. Это очень хорошо – значит, команда жива и пытается развиваться.  

– Если брать только сборы, можно ли выделить фазу, которой вы уделяли больше внимания? 

– Летом главной задачей было понимание базиса – прессинг и оборонительная организация. После этого началась работа над позиционной атакой и перемещениями с мячом.

– После сентябрьских матчей сборной Валерий Карпин сказал, что Захарян и Тюкавин были лучше всех готовы к прессингу, потому что Россия пытается играть в футбол, похожий на футбол «Динамо». Согласны?

– Матч с Хорватией я смотрел со стадиона. Сейчас всем важно знать, что на развитие игровых идей требует времени. Я следил за «Ростовом» Карпина. Они старались играть активно и интенсивно, сейчас видно, что Карпин пытается перенести это на сборную.

Но мне не хотелось бы оценивать игру Захаряна против Хорватии и Мальты, потому что в сборной он игрок Карпина. 

Главное – принципы, а не схема, но она помогает в автоматизме в движении. Почему Шварц сделал из Шиманьски восьмерку, Макарова подписали для гибкости

– Сразу после вашего прихода «Динамо» перешло на 4-3-3. Главная причина – удобство в розыгрыше мяча или в прессинге?

– Единственный принцип выбора базовой схемы – где каждому игроку удобнее всего. Можно прессинговать в 4-3-3, можно в 4-2-3-1, можно в 3-5-2 – это не так важно, главное – найти схему, в которой будет комфортно всем. 

Например, мы стартуем с 4-3-3, а соперник в 4-4-2. Мы прессингуем – наши игроки перемещаются, схема стирается. Или наша атака – правый защитник поднимается по флангу, опорник опускается к центральным защитникам для розыгрыша. Это уже тоже не 4-3-3. 

Ты задал хороший вопрос, потому что многие думают, что схема – главное в футболе. Мне кажется, что она не имеет принципиального значения. 

Главное – это принципы игры. Мы можем выбрать другую схему, но игроки будут занимать примерно те же позиции, что и в 4-3-3, потому что по ходу игры происходит слишком много перемещений. 

Базовая схема может помочь в достижении автоматизма в движении.

– Одно из ваших главных кадровых решений – перевод Шиманьски в роль восьмерки, до вас он играл либо справа, либо десяткой. Почему сделали так?

– Для каждой позиции у нас есть профиль, в котором расписано идеальное поведение игрока при обороне и атаке. Берем профиль – выбираем игрока и сравниваем его качества с тем, что мы хотим видеть. Играет тот, кто больше всего соответствует этому видению.

В целом Шиманьски может играть на другой позиции, так же, как и Захарян – восьмерка или фланг. 

Мы хотим, чтобы восьмерка проделывала большой объем беговой работы, отбирала мяч, участвовала в контрпрессинге и умела работать с мячом на ограниченных пространствах. 

– Был ли хотя бы один матч весной, перед которым вы были близки к смене позиций Шиманьски и Захаряна? 

– Нет, ни разу. Шиманьски намного увереннее чувствует себя в центре. Конечно, в отдельных матчах мы можем сдвинуть его на край, но в целом мы понимаем лучшую роль для него.

Шиманьски приходится много участвовать в игре, он это любит. Много движения – тоже любит. 

– Весной у «Динамо» были ассиметричные фланги: Захарян постоянно уходил в середину и освобождал пространство для Варелы или Паршивлюка, а Лесовой держал ширину. Это ваш идеал или подстройка под качества Захаряна?

– Во-первых, ты все правильно говоришь. Во-вторых, сильное качество Лесового – игра один в один, а Захарян хорошо чувствует себя между линиями. Поэтому «Динамо» играло так, мы подстраивались под сильные качества игроков. 

– Какой профиль для правого нападающего? С одной стороны, там играл Захарян. С другой, этим летом «Динамо» купило Макарова – игрока совершенно других качеств, который больше отвечает за ширину. При этом «Рубин» говорил, что переговоры по Макарову стартовали еще зимой, тогда же «Спартак» подтверждал интерес «Динамо» к Зелимхану Бакаеву.

– Конечно, Макаров и Захарян – совсем разные футболисты. Это – планирование команды, нужны игроки с разными качествами на одну позицию, чтобы быть гибкими. Теперь у нас есть Захарян – когда он справа, за счет него мы можем создавать преимущество в середине. Есть Макаров – он чаще бежит по прямой. 

Самое важное для флангового игрока – скорость. Я это могу рассказать на своем примере, потому что не был быстрым футболистом. 

Когда Захарян играет на краю, нам обязательно нужен защитник, который будет закрывать весь фланг. Сейчас слева у нас есть баланс – Захарян уходит между линиями, Лаксальт закрывает весь край, Фомин комфортно себя чувствует в полуфланге. 

– Если говорить конкретно о Захаряне: что поменялось в его игре после перевода налево?

– Вижу только одну перемену – теперь при смещении в середину мяч сразу у него под правой ногой. 

– Я слышал, что выбор вратарей вы полностью отдали тренеру Дмитрию Изотову. Правда?

– Не совсем. Конечно, Изотов – отличный тренер, я к нему прислушиваюсь, но финальное решение принимаю я.

– Кажется, весной у Шунина был не лучший отрезок. Были ли мысли дать шанс Лещуку не только из-за травмы Шунина?

– У нас три очень хороших вратаря: Шунин, Лещук и Будачев. Я не согласен, что у Шунина был неудачный отрезок весной, у меня не было мыслей, что ему нужна пауза.

Но не могу не отметить Лещука. В конце сезона он выдал хорошие матчи, когда это было необходимо. 

Новички не обязательно должны быть лучше – они могут увеличивать конкуренцию. Летняя кампания: зачем на место Евгеньева подписали Бальбуэна, выходы Скопинцева в полузащиту после покупки Лаксальта

Листайте на другую страницу.

Источник
Делитесь с друзьями
Евгения Круглова
Оцените автора
Krylovmedia.ru